На ПМЭФ-2021 российские предприниматели попросили чиновников оставить их в покое

0 0

На ПМЭФ-2021 российские предприниматели попросили чиновников оставить их в покое

Взаимоотношения власти и бизнеса настолько далеки от идеальных, что это годами тормозит развитие российской экономики, которая практически не растёт после кризиса 2008–2009 годов. О необходимости «прекратить кошмарить бизнес» говорил когда-то президент Медведев, а президент Путин ещё в 2015-м охарактеризовал действия силовиков в отношении предпринимателей знаменитым «попрессовали, обобрали, отпустили». Но с тех пор изменилось неприлично мало. И показательно, что в очередной раз проблема всплыла на Петербургском международном экономическом форуме (ПМЭФ) – пафосной площадке для встречи элит, где принято говорить только о победах и светлых перспективах.

На бизнес легла тень

Чуть ли не впервые в истории прошедший в начале июня 2021 г. ПМЭФ был скептически освещён даже прогосударственными СМИ. Хотя вроде бы должно быть наоборот: форум мог стать одним из символов возвращения к нормальной жизни на фоне отступающей пандемии.

Первым поводом для раздражения стала резко возросшая цена участия. Если в 2019 г. билет на ПМЭФ стоил 350 тыс. рублей, то нынче требовали от 840 до 960 тыс. рублей – в зависимости от желания посещать мероприятия с участием президента Путина. А такого ценника на еду и напитки нет даже в самых пафосных ресторанах столицы: маленькая бутылочка воды – 550 рублей, хлебная тарелка – 480, бизнес-ланч – 3, 8 тыс. рублей. Общественного омбудсмена в сфере малого и среднего бизнеса Анастасию Татулову сначала пригласили выступить, а потом предложили заплатить за эту возможность под миллион.

Татулова в итоге выступила и стала главной звездой форума. Она сразу сказала бизнес-омбудсмену Борису Титову, что не замолчит, пока всё не скажет, а он потом может попробовать вытащить её из СИЗО. Титов ответил, что не обещает.

Накануне предприниматель Татулова (у неё сеть кондитерских) услышала из выступлений лощёных высокопоставленных чиновников, что «всё будет хорошо», а основной, оказывается, запрос от предпринимателей – простота и доступность мер поддержки. Но Татулова уверена, что бизнес хочет всего двух вещей: прибыльности и безопасности: «Больше предпринимателям ничего не надо, от слова «совсем». Меньше всего им нужны форумы».

Нередко бизнесу даже хуже, когда в его интересах формируется какая-нибудь государственная структура с многоголовым «экспертным советом», которая запросто может превратиться в очередного контролёра. Никто всерьёз не пытается создать институты, работающие на эти две сакральные для предпринимателя вещи – эффективность и безопасность: «Нигде, ни в одном лозунге на сегодняшний момент, ни в одной стратегии очередной, которая написана по малому и среднему бизнесу, даже слов таких нет. Что угодно есть – цифровизация, акселерация, генерация, песочница. Только вот этих двух слов нет».

По словам Татуловой, постепенно крепнет усталость предпринимателей от институтов, которые «работают на их благо». Причём некоторые из них тратят на собственную деятельность, на офисы, мероприятия, зарплаты и тачки с водителями больше, чем вся совокупная помощь, оказанная государством малому и среднему бизнесу. Но давать средства напрямую предпринимателям власть почему-то не хочет. «Не надо нам, пожалуйста, институтов, которые нас развивают. Ничему меня не может обучить человек, который никогда не занимался бизнесом», – уверена омбудсмен.

Зато каждое «государственное телодвижение» в сторону малого и среднего бизнеса, в котором заняты 30 млн россиян, приводит к тому, что бизнес уходит в тень. А как реагировать, если едва живому на фоне пандемии предпринимателю Росреестр в коронавирусном 2020 г. повысил пошлину на регистрацию допсоглашения к договору аренды в 22 раза! А прямо перед ПМЭФ тарифы на мусор выросли в 5 раз.

Чиновники хвалятся, будто облегчили бизнесу жизнь в трудные времена, снизив число проверок чуть ли не в 8 раз. Но оказалось, что общая сумма штрафов при этом выросла втрое! Татулова привела пример предпринимателя, который выдал своим рабочим спецодежду, но акт приёмки-передачи был заполнен с нарушениями – за это оштрафовали на 200 тысяч! А за немного не по правилам размещённую вывеску, за неработающий огнетушитель выкатывают и вовсе миллион. Разве государству выгодно, чтобы измотанный этим прессингом бизнес уходил в серую зону, переставая платить налоги? Или, в конце концов, ушёл из страны, над чем он и так «размышляет каждую пятницу», по словам общественного омбудсмена.

Хотя проверок стало меньше в 8 раз, не отмечено никакого роста пожаров и других катастроф. А значит, нет речи и о великой пользе проверок, которые нужны не государству, а контролёрам, собирающим взятки. «У нас тотальный кризис доверия власти и бизнеса: вы на нас плюёте, а мы вас ненавидим. Это плохо для всех» – так определила Татулова суть взаимоотношений своих коллег с властью. А хлопали её выступлению и предприниматели, и чиновники, буквально только что утверждавшие, что в их отношениях «всё хорошо».

Потепление делового климата

«Закрепите правила игры хотя бы на десять лет, запретите банкам вмешиваться в наши дела, запретите налоговой проводить допросы и блокировать счета. Не надо сажать бизнесменов в СИЗО – можно обойтись домашним арестом» – эти простые предложения от Анастасии Татуловой регулярно поддерживаются в правительстве. Но почему же всё остаётся на своих местах?

Отжать какой-нибудь молочный цех в России по-прежнему несложно: приходит проверка от одной из семи десятков казённых структур, имеющих у себя надзорные функции, находит не по ГОСТу закреплённую проводку, опечатывает цех, арестовывает счета, выгоняет персонал – а дальше владелец может попробовать посудиться. По осени 2020 г. до 15% торговых помещений в центре Москвы и Петербурга оказались вакантными – арендаторы не вернулись из карантина. И это без всяких проверок, хотя ретивые засидевшиеся на дачах контролёры могли существенно увеличить эту цифру.

С 2021 г. вступил в силу подготовленный Минэкономики закон о госконтроле – это более чем 90 отраслевых законов. Идея в том, чтобы внедрить более 200 положений, которыми инспекторы обязаны руководствоваться, запуская в частника щупальца. Например, за нарушения в сфере лицензирования нельзя будет с ходу аннулировать лицензию, а только приостановить её действие в той части, где вскрылся прокол.

Впрочем, в России любое благое начинание может шарахнуть и с противоположным знаком. Бывает, что несколько лет обсуждали одно, а в окончательной редакции закона прописали совершенно другое. Президент Владимир Путин ещё в 2016 г. озвучил разоблачительные цифры: 83% предпринимателей, в отношении которых были заведены уголовные дела, полностью или частично потеряли бизнес. А до приговора дошли 15% таких дел. «Попрессовали, обобрали и отпустили. Это прямое разрушение делового климата», – назвал вещи своими именами нацлидер. Для бизнеса тут же ввели мораторий на проверки, но в 2018 г. уполномоченный по защите прав предпринимателей Борис Титов пожаловался, что прессинг со стороны контролёров только возрос.

Титов признал, что «проверки заменяются иными проверочными мероприятиями – административными расследованиями, рейдами, мониторингами, которые не фиксируются в статистике». По словам Титова, Роспотребнадзор возбуждает без согласования проверок около 25% административных дел, Россельхознадзор – до 50% дел, Росприроднадзор – до 60%, ФАС – до 70%. На хитрую гайку в очередной раз нашёлся винт с двойной резьбой.

Чем рейд отличается от проверки? Проверка должна проводиться под надзором прокуратуры, которая выступает тут гарантом законности. А рейд можно проводить без оглядки. Если по итогам такого рейда возбуждаются административные дела и накладываются штрафы, зачем ревизору вообще проверки под руку с прокурором? Хоть туристическим походом это назови – Васька слушает, да ест. Омбудсмен Титов кипятился: мол, судьи должны применять залог как основную меру пресечения по преступлениям в сфере экономики. А они берут у следователя электронную версию обвинения и вдувают её в приговор с теми же грамматическими ошибками.

Ключевой вопрос: способна ли власть обуздать их интерес? Не является ли пресловутая «вертикаль» фикцией, за которой по факту разлилась средневековая система кормлений? И не забетонировалось ли в сознании тысяч госслужащих представление, будто они привилегированное сословие, а предприниматель – подневольное? И ему можно на потеху выбить зубы, словно крепостной девке?

В правительстве Михаила Мишустина, который сам выходец из фискальных органов, вроде бы понимают, что предприниматель работает и платит налоги до тех пор, пока плюсы от его деятельности превалируют над минусами. Бизнес терпел набеги контролёров во времена дорогой нефти, когда рынки росли, а российская экономика была куда лучше, чем сегодня, интегрирована в мировую (не было ни санкций, ни контрсанкций). А сегодня для него больше резонов закрыться и сохранить деньги, чем продолжать работать, платить зарплаты, налоги и взятки.

Тем не менее, согласно президентскому наказу, в ближайшие 5 лет вклад малого и среднего бизнеса в ВВП должен вырасти с 18 до 30%. Вопрос этот опять-таки определяющий: иначе кто будет оплачивать растущие аппетиты тех же силовиков? Президент предложил дать предпринимателям право самим заполнять реестр проверок бизнеса наряду с проверяющими. То есть лично глава государства пытается дойти до технических деталей процесса, чтобы изменить его суть. В ответ в правительстве утвердили Стратегию развития малого и среднего бизнеса до 2030 г., от которой, по реакциям самих предпринимателей, толку немного.

Логику государства определяют живые люди. А они входят в различные «группы интересов». Со стороны государственному человеку незачем убивать малый бизнес, который платит хоть какие-то налоги, подати и взносы. Но как члену «группы интересов» ему выгодно заниматься «сокращением налогооблагаемой базы», чтобы поменьше возиться с регистрацией и контролем. К тому же лучшие освободившиеся «точки» занимает крупняк из «своих». А работать с одним юрлицом куда проще, чем с десятью. И именно про это незабвенный Виктор Черномырдин говорил: «Хотели как лучше, а получилось как всегда».

Источник: argumenti.ru

Оставьте ответ

Ваш электронный адрес не будет опубликован.